Сова (selena_eclipse) wrote,
Сова
selena_eclipse

Categories:

Впечатления со Стимпанка

«Заявляться на горячую роль? Больше никогда в жизни!»
Почему так? Прошлое персонажа не пропущено сквозь себя, мотивы не обросли плотью, характер плавает. Играешь в итоге сам себя в нетрадиционных обстоятельствах.

Или, погодите.
С головой ныряешь в решение задач, не будучи отягощен никакой подготовкой и сговорами, разбегаться некогда – прыгать надо.
В общем, ценный социальный... п*здец какой замесный интересный опыт.

[Spoiler (click to open)]На Стимпанке играла (играла ли?) или была Ольгой Бекетовой, опытным хирургом Пироговской больницы.

(Что меня, кстати, поразило - 1) тьма народа играла, что обычно, в своих привычных амплуа; 2) большинство "знакомых" персонажей тоже перезнакомились только к концу второго дня игры. Ладно, я на игру с Луны свалилась, а с остальными почему так вышло?)

Имя было очень приятное. "Ольга Бекетова". Как романс. По-жизни бы носила, честное слово.
Вместе с именем мне достался ряд замесных сюжетов.
Во-первых, в прошлом я была исполнителем в проекте «Смольный», заключавшемся в пересадке искусственных органов и гаджетов анонимным смолянкам с целью формирования из них сословия особых помощниц в государственных делах. Проект вел великий князь Константин, тайна едва не вскрылась при передаче Смольного в ведомство Университета из-за несовершенства финансирования секретных операций.
Пикантность истории придавало то, что расследование было инициировано не посвященным в тему ректором Университета и, по совместительству, игровым мужем Бекетовой. А также то, что, выкручиваясь из расследования, идейная, гуманистичная и вся гражданственная Бекетова подставила свою коллегу, циничную (по загрузу) и охочую до бесчеловечных экспериментов Загурскую в жандармерии, да так, что ту отлучили от врачебной практики. В характере была из-за этого загадочная неувязка, но из-за недостачи времени пришлось играть, как есть.
Мой план состоял в том, чтобы всё скрывать и отрицать, спасаться от мести Загурской, а от университетского начальства искать заступничества у князя Константина. Так что пол-игры я ждала, пока нелицеприятную историю предадут огласке либо на мой след выйдут детективы. На игре же Загурская совершенно не стала в это играть (и загруз у неё рознился от моей версии истории), расследование против меня никто явно не вёл, и на третий день конфликт слился через пожимание рук в поезде СПб-Вена. Не совсем от безысходности, а потому что всплыли подробности героического спасения Загурской её брата и всякие другие откровения. Да и не было на игре той злодейки, которая описывалась в предыстории.

Во-вторых, проект Смольный надо было реанимировать прямо на игре.
Я должна была вновь начать тайно изобретать и вшивать рискованные экспериментальные импланты. По задумке, закручивать эту интригу должен был князь Константин, а я должна была осторожничать, но чаять научных лавров и государственного блага. До первой планерки князь дозрел к середине второго дня, и было это ему всё в тягость... ну, ясно.
В этой истории особенно было заметно, как МГ снова наступает на старые грабли. Сюжет приходил в полное противоречие с моделями. Точно так же, как и на Ведьмаке. По текущим моделям мы не могли бы осуществить всё то, что прописано в нашем прошлом, и повторить это в настоящем. Как врач я не могла ничего изобретать (не инженер) и конструировать, и даже став изобретателем, не могла бы прицельно создавать необходимые гаджеты-импланты, так как модель науки подразумевала изобретательство вслепую (считаешь, экспериментируешь, отдаешь прототип в производство, узнаешь, что ты изобрел, через полдня примерно). Таким образом, первые пригодные для вшивания вещи появились в последний день, а Верещагин даже успел забыть, на что именно подписал князь Константин, и пришлось его страшным голосом убеждать.
Грустно вот что: меня взяли на роль, чтобы эти линии не подвисали, а на практике я ничем не помогла сюжету. Где-то из-за моделей, где-то из-за того, что не прут людей навязанные интриги.

Во что я играла на самом деле - в социальные ситуации, в отношения, в работу. Положение было довольно сильно похоже на моё пожизневое, поэтому, с одной стороны, ощущалось и отыгрывалось органично, с другой – прицельно било по болевым точкам IRL.
Хирургия была на модели, и модель мне очень понравилась (авторам – спасибо!). Сам процесс шитья ран и имплантации выглядел осмысленно, требовал выработки навыков, занимал адекватное время, вовлекал в действо и пациента и врача (в отличие от терапии) оставил у меня самые приятные впечатления. За первых пациентов мы готовы были подраться, дальше жизнь наладилась. Отдельная хорошая моделька (треки в наушниках) была для наркоза.

Я придумала себе «старую врачебную» примету, что если на операции не рассказать пошлый анекдот, то швы загноятся, и активно внедряла эту традицию. Думаю, на контрасте с внешне приличным поведением Бекетовой это выглядело забавно. Во всяком случае, пациенты сквозь наркоз посмеивались. Исключение пришлось сделать только для цесаревича, слишком уж много Романовых набилось в операционную.
Самыми богатыми на стрессы сферами были семья и работа. Начальница у меня в Пироговке была получше, чем в жизни, а обстановка в коллективе – немного похуже, чем в жизни. Были славные Лу и Женя Саломе, полные-карманы-тайн Барбара Ястржембская-Франкенштейн, довольно позитивные практикантки, включая совершенно мировых младшую Боткину и Эву Вронскую, был родной, но саботирующий работу Кирилл Антоныч (всё, как в жизни!), была чудовищная хабалка Грант, которая во всё лезла и всё вырывала из рук. Потом Грант унесло приливом, и мы на волне радости избавления зажили с Пироговой душа в душу.

Настроение, особенно в первые дни, прыгало от «люблю свою работу» до «уволюсь со службы немедленно». Хотелось поговорить об этом с мужем, но муж попался очень занятой и деятельный. Помещения «дом Бекетовых» на игре не было, поэтому наши семейные разговоры происходили в ректорате при коллегах либо в перебежках от Санкт-Петербурга до куда-нибудь. К субботе мы так сработались, что на любое поручение ректора Бекетова говорила либо: "Уже.", либо доставала из недр своих сумок бумагу и составляла нужный документ на месте, так как держала всю нужную информацию в голове.

В начале игры я, было дело, поныла Вронскому, что муж мне внимания не уделяет. Но Кирилл Антоныч настолько серьезно стал отслеживать ситуацию, и учинять допросы, что пришлось немедленно перейти в оборонительную позицию: «всё у меня в порядке». И эта позиция, разумеется, не довела меня до добра. Как человек ответственный и гражданственный, Бекетова легко соглашалась побыть испытуемым в эксперименте. И вечером третьего дня в очередной «безопасной и проверенной схеме» мне отрубило дыхательную систему с самыми губительными последствиями и перспективами. Поскольку за полчаса до этого Вронский мне сообщил, что лекарства смешивать ему тоскливо, а «люди не мрут, с ними всё нормально, они держаться», поэтому, не ожидая ни от кого помощи, Бекетова самостоятельно совершила забег по трем столицам в поисках «желто-какого-нибудь лекарства».

...дальше было много хорошего и интересного.
Бал был невероятный. Вальс-котильон и верно угаданная рука. Опера (вообще, чудо чудесное, нет слов!). Вся эта круговерть с лекарствами. Биржа и Мосин. Наутилус и Мина. Князь Владимир и квота на импланты. Психиатрическое отделение и строяк в середине игры. Нелепица с заговором нигилисток. Ватсон. Моральный выбор и тётушка Радзивилл.
Всё это заслуживает литературного описания, но см. выше: http://selena-eclipse.livejournal.com/416686.html.

Игру мне сделали в процессе - университетская братия: Попов, Склодовская, Склифосовская и, конечно, клёвый-клёвый Андрей Николаевич Бекетов (мой муж всегда самый лучший (с)) и в финале - неизвестный мне бомбист-нигилист.
Про последнее можно и рассказать:

После церемонии вручения Романовской премии (да, мне дали вторую в моей жизни ролевую награду), Бекетова услышала, что у Академии Пироговой шумно, и кажется, зовут врача. Войдя в здание со словами "я люблю свою работу, я приду туда в субботу" (а была и впрямь суббота, близко к полуночи), она обнаружила полную операционную Романовых и цесаревича Александра на столе.
- Будете оперировать?
- Конечно! Что шьем?
- Грудь и голову!
Бекетова задирает будущему государю рубашку со словами: "Извините, Ему я поверх мундира шить не буду."
- Грудь не шьем, только голову!
Бекетова с сожалением возвращает подол рубашки на место.
- Отлично, пришьем человеку новую голову.

Бекетова шила, как всегда, мелкими аккуратными стежками (лицо будущему государю делаем!), Барбара на ходу монтировала протез. Наркоз дали уже в ходе операции. Привычный антистресс в виде анекдотов применить казалось неуместным, поэтому скользя рукой по лицу цесаревича, оставалось лишь отделаться шуточными замечаниями: "Господи, а он красивый-то какой, никогда не замечала... Ресницы-то, Господи, ресницы, как у девушки...".
Со словами: "Узел. Выхожу" хирурги завершили операцию за какие-то секунды до критического срока.
Это видели и фотографировали куча людей и мастера, но фотографий, конечно, ни одной не получилось =)
С операционного стола император, с трудом удерживаемый мною прямо за лицо, сказал жесткую речь о трансформации Максим в государстве. Во имя гуманизма и в целях соблюдения представления о подлинной ценности человеческой жизни, сознательное лишение человека жизни будет караться смертью.
Бекетова ахнула: "Нет!" (кому, как не врачу знать, как роковое стечение обстоятельств может привести к смерти человека безо всякого умысла)... и игра закончилась.
Хотя, может, и не так резко - были еще какие-то эйфорические разговоры на пороге парада.

Ну, эээ, всё.
Что-то внятной истории не пишется, и маловероятно, что я всё это завершу.
Всем спасибо за игру, особенно Драгуну.

Кстати!
Белинда, взвесив мой рюкзак, высказала нешуточное подозрение, что я увезла себе с полигона Бекетова. Таки отчитываюсь, что при разборке вещей ректор не обнаружен. Да и вообще Его Императорское Величество еще с 1861 года запретил безнаказанно забирать себе в собственность понравившихся людей.

И про модельки, кратко.
Хирургия и наркоз очень годные, терапия - так себе (хотя о бланках лекарств и болезней ничего плохого сказать не могу, кроме постоянной недостачи первых).
Наука (изобретательство) - очень круто, но не с этими сюжетами.
Производство и биржа - годно.
Алхимия - полный провал. Несбалансированная модель, неинтересная игрокам, полностью их парализующая, с кучей лишних погремушек-ингредиентов.
Секс - на высоте.
Перемещения (без ограничений) - в век Разума очень уместно.
Гаджеты - переусложнение. Чтобы что-то спереть нужен что-тоспирающий гаджет.
Полеты дирижаблей и сражения ОБЧР - по игре не коснулись, но со стороны казалось, что эпично.


Tags: Записки из ванной, Монастырь семейного типа, Ролевые игры, смешное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments